17 октября 2018 Мнения
1430

Надежда Лощинина: «Заниматься йогой – это не значит завязываться в узел»

Самый опытный йогатерапевт Пензы рассказала РИА «ПензаСМИ», как изменила свою жизнь, как лечит других с помощью индийских практик, и развенчала некоторые мифы о йоге.


Фото: из личного архива Надежды Лощининой.

- Надя, расскажи, когда и почему ты начала заниматься йогой?

- Мне было пятнадцать, когда на медосмотре в школе сказали, что у меня кривая спина, и направили к ортопеду. Он напророчил мне инвалидность к тридцати, а уж про то, чтобы стать мамой, по его словам, даже думать не стоило. Пришлось заняться своим здоровьем. Перепробовала много всего, пока однажды в интернете не наткнулась на фотографии самого Айенгара (основатель айенгар-йоги, один из самых выдающихся гуру). Так начался мой йога-путь – с примитивных практик дома. Потом попала на первый в жизни класс аштанга-виньяса йоги к Елене Колычевой. Она открыла мне дверь и доверила вести одну из своих групп, поэтому стала учиться, познакомилась с одним из самых известных мастеров Андреем Сидерским, стала практиковать его методики. Потом пришлось вынужденно прерваться из-за беременности, и на ковер вернулась, когда Даше было год и восемь месяцев. Начала снова преподавать аштанга-виньяса йогу, но появились проблемы со здоровьем эндокринного характера. Традиционная терапия, которую мне предложила врач-гинеколог, не помогала. Начала думать о том, что является причиной моего состояния, и вышла на новый виток изучения йоги, познакомилась со своими зарубежными учителями, суперзвездами именно в области женской йоги и йогатерапии.

Стали понятны причины моих проблем, и я начала работать над коррекцией своего состояния. Забегая вперед, скажу, что успешно. Училась у гуру, и это было очень серьезно. Сейчас достаточно съездить на двухдневный курс и вернуться с дипломом о праве преподавать йогу. А тогда мы проходили конкурсный отбор, чтобы просто приступить к обучению. Длилось оно полтора года. Мы практиковали под руководством тьютора, описывали результаты клиентов, и их нужно было подтвердить медицинскими выписками в качестве доказательства эффекта. Мы изучали зарубежные книги по анатомии, психологии, медицине, йоге. Потом решила учиться у родоначальников, поэтому уехала в Индию на три года. Оттуда в Пензу вернулась уже сильно «укомплектованная».

Отчасти пришлось начинать сначала, хотя это не страшно. Мое возвращение порадовало многих девочек, но некоторые ждали именно жесткого учителя аштанга-виньяса йоги, а приехала совсем другая Надя. Многие ушли, однако после нескольких клиентов, которым очень помогла йогатерапия, сработало сарафанное радио. Потому-то я не сторонник пиара – дело говорит громче, а главное, правдивее.

- Что такое йогатерапия, какое определение ты сама дала бы?

- Для меня йогатерапия – это набор безопасных, эффективных, индивидуально подобранных средств самооздоровления. То, что я несу людям, было опробовано на себе и помогло – сначала мне, а потом и сотням клиентов.

- С какими проблемами к тебе чаще всего приходят?

- Аменорея, бесплодие, выраженный ПМС, тяжелые последствия родов, нарушение осанки и функциональные изменения позвоночника сколиозного типа, нарушения деятельности органов ЖКТ – язва, гастрит, синдром раздраженного кишечника. Обычно это люди, которым уже поставили медицинский диагноз, но лекарства не оказывают должного эффекта. При этом важно понимать, что йогатерапия – это не альтернативная медицина. Только в сотрудничестве с традиционной медициной и во взаимодействии с врачом в сложных случаях можно добиться результатов. Мои клиенты обычно работают именно так. Сначала, конечно, были медики-скептики, но они закончились. Сейчас меня рекомендуют врачи: и детские неврологи, и акушеры-гинекологи, и остеопаты, и логопеды.

- Йогатерапия может вылечить почти от всех болезней?

- Я еще очень недолго живу, чтобы говорить категорично, что она поможет всем. К сожалению, мне пока никого не удалось вылечить от рака. Но, думаю, что можно улучшить любое состояние. Есть болезни, с которыми приходится жить всю жизнь – ДЦП, аутизм, доброкачественные образования. Задача йогатерапевта – оптимизировать тело и процессы так, чтобы нивелировать негативные моменты.

Также работаю с танцовщиками, с профессиональными спортсменами – это отдельная категория, очень интересная. Может быть запрос от пловцов о том, как научиться правильно дышать, чтобы дольше проплыть под водой, или как увеличить силу гребка, то есть поработать с суставами. Может быть запрос на эмоциональный контроль, чтобы меньше переживать во время соревнований. В свое время много работали с «Театром на обочине». Было очень интересно, потому что с ребятами могла экспериментировать сколько угодно, и они всегда смело соглашались. Однозначно один из самых удачных и любимых моих проектов.

- Посоветовали бы заниматься йогом всем?

- Все очень индивидуально. Я знаю йога-технологии, которые могут обогатить любое дело, которым человек занимается. Изучение и практика йоги, безусловно, имеет положительное прикладное значение в жизни человека, могу утверждать. А то, что йога как доминирующий вид физической активности должна подойти всем, потому что она мегауниверсальна, сказать не могу.

Когда только начала преподавать йогу, это не было мейнстримом, как сейчас. Очень многим пришлось объяснять, что я ничем не заболела, не сменила религию, не молюсь другим богам, не собираюсь пожертвовать в фонд поклонения Шиве свою квартиру. На занятиях не насаждаю другую культуру. Философский аспект – сугубо личное дело. Но сейчас часто это навязывают учителя, в том числе и в Пензе. Поэтому и есть стереотипы, что обязательно надо стать веганом, к примеру, или активно практиковать околоэзотерические практики. Вот всего этого не люблю. Йога не про это. Просветление, медитация, нирвана – конец пути, в том числе и жизненного. Когда ты очень старый, то это логично – много думать, мало двигаться и мало есть. Тело расходует мало энергии, и способности тела уже не те у 85-летнего даже очень здорового мужчины. Поэтому его практика будет более созерцательной, медитативной.

Среди моих знакомых практикующих йогов, есть, к сожалению, те, кто стали пациентами психиатрической больницы, и те, кто вовсе ушли в мир иной. Но сумасшедших йогинов я видела больше, чем мертвых. Поэтому я категорически не посоветовала бы заниматься йогой людям с нестабильной психикой. На самом деле все просто: всего лишь не надо ударяться в крайности. Есть Яма и Нияма – это своего рода энергетическая основа йоги. Ты чистишь зубы – занимаешься йогой, гуляешь в лесу – занимаешься йогой, делаешь несколько простейших асан, которые дают тебе ощущение полноты жизни, получаешь от этого удовольствие. Не обязательно заворачиваться в узел, чтобы считать, что ты занимаешься йогой.

- Какое из многочисленных направлений в твоей работе любишь больше всего?

- Люблю помогать рождаться детям. Это же такое чудо – не было ничего, и вот малыш. Моему сыну Никону сейчас три месяца, и на данный момент я в декрете, потому что хочу наслаждаться каждой минутой. Маленьким он будет очень недолго, а клиенток ко мне придет еще много. К тому же рождение Никоши помогло мне освоить новый формат работы – онлайн-курсы. Хотя я не планировала, но это оказалось очень интересным для меня и эффективным для десятков клиентов. Кроме того, могу проводить максимум времени с сыном и одновременно помогать людям. Уже помогла сотням, и их будет еще больше.