«Поднимайтесь на второй этаж, балкон открывать не будем. Все сядут в партере, так что вам повезло», - сказала нам женщина, проверившая на входе билеты. Места, конечно, я выбрала специально – наверху, по центру – но небольшое число зрителей вынудило организаторов собрать всех в партере и на бельэтаже.

Не хочу выдвигать предположения о недостаточной рекламе концерта и параллельном выступлении Надежды Кадышевой в киноконцертном зале «Пенза», которое могло оттянуть зрителей. Считаю, что любители классической музыки практически всегда в курсе готовящихся мероприятий, а нелюбители их не посетят даже с рекламой. Здесь, наверное, требуется не продвижение каждого конкретного концерта, а популяризация жанра в целом, рассказ о том, что в маленьком провинциальном городе за более чем приемлемую цену билетов выступают лауреаты международных конкурсов, достойные заполненных залов.

Но реальность пока выглядит несколько иначе, а плюс и здесь найти можно – концерт камерной музыки полностью оправдал свое название, создав чудесный вечер для сотни людей, объединенных одной любовью.

В первом акте зрители услышали переложение Густава Малера струнного квартета №14 Франца Шуберта «Смерть и девушка». На сцену вышли артисты Поволжского камерного оркестра, и для тех, кто видел музыкантов впервые, эти тени в традиционно черных одеяниях стали настоящим открытием. Дирижер Михаил Мясников собрал в Энгельсе коллектив молодых, очень талантливых, одновременно по-классически строгих и современных артистов, которые – нет, не играли – буквально танцевали со своими инструментами. И публика, сначала настороженная, даже требовательная, за четыре акта накопила столько эмоций для аплодисментов, что овации не стихали, будто концерт уже закончился.

В антракте на сцену выкатили рояль, однако затем инструмент вновь убрали, чтобы оркестр отыграл еще одно произведение без главной героини вечера – солистки Анастасии Судневой. «Идиллия» Леоша Яначека стала еще одним произведением, будто созданным только для живого исполнения. Как и в случае с переложением квартета, в этой музыке хотелось раствориться целиком, предполагая, каким будет следующий пассаж, удивляясь тому, что снова ошибся, не отвлекаясь, как это часто бывает при прослушивании записи, а в случае слушателей-музыкантов – еще и бесконечно вдохновляясь экспрессией молодого дирижера, его стилем общения с играющими, с мелодией, с самим композитором. И вновь зал очень тепло, с огромной благодарностью встретил финальные ноты «Идиллии», уже предвкушая выход пианистки.

Перед концертом Анастасия Суднева на своей странице в социальной сети «ВКонтакте» так охарактеризовала творчество Вольфганга Амадея Моцарта: «Очевидно, что слушать Моцарта чрезвычайно приятно, а вот играть уже посложнее…» - и это идеальное определение произведений австрийского композитора. В музыкальной школе его можно невзлюбить с первого взгляда, но затем понемногу, взрослея и крепчая и как исполнитель, и как обычный зритель, «оттаивать», проникаться этим отдельным видом искусства – музыкой европейского виртуоза.

Лично для меня исполнение Анастасией фортепианной партии концерта №23 стало исключением из всех правил, чем-то качественно новым, неожиданным по своему виду. Потому что типично сложная, архисложная технически первая часть была сыграна не просто легко, воздушно, сказочно. Это было за гранью всяких представлений о том, как летают руки на пассажах, как пальцы обычно касаются клавиш, как они трудятся. Это было не просто незаметно глазу - это было неуловимо даже мыслью, потому что на протяжении всего времени казалось, что пианистка и вовсе не играет, а лишь наблюдает за тем, как клавиши, молоточки и струны сами выполняют всю работу, лучше остальных зная степень своей мягкости, мелодичности, глубину и характер.

Как ни довлели надо мной мысли о том, что впечатления и образы, вызванные на концерте музыки Баха, нужно отбросить, все же вновь обращаюсь к сравнению с балетным искусством. В постановке современного французского хореографа Анжелена Прельжокажа «Le parc» звучит адажио из концерта №23, и «Отказ от сопротивления» в исполнении Дианы Вишневой вновь тесно переплетается с кошачьей мягкостью рук, романтичностью, лиричностью Анастасии Судневой.

А в третьей части это настроение опять сменил праздник, карнавал, хэппи-энд, финальные титры и – вновь несмолкаемые, продолжительные, не способные выразить и сотой доли всех тех чувств, которые пианистка и оркестр вызвали в зрителях, аплодисменты.

После такой реакции публики уйти со сцены, не сыграв на бис, музыканты просто не имели права! И зал получил желаемое, вновь погрузившись в задумчивость и созерцание на фрагменте из концерта Баха №5 для фортепиано с оркестром. Провожали музыкантов стоя, не сдерживая криков «Браво!» и даже слез.

Думаю, если бы такие концерты транслировались по центральным каналам, то вскоре, как после Олимпиады в Сочи, родители потянулись бы с детьми в школы, только не спортивные, а на этот раз в музыкальные. Но пока трансляций нет, а в зале – знакомые все лица. И концерты камерной музыки остаются камерными, «личными», «своими».

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен