Собственно говоря, эту премьеру стоило бы ждать в прошлом году на волне темы 100-летия Октябрьской революции. Да и сам автор пьесу писал, в том числе и имея в виду эту годовщину. Но театральный сезон с календарным годом не совпадает, потому будем считать, что пьеса все же имела юбилейный оттенок.

Тем более что тема революции в спектакле, вышедшем на пензенскую сцену под названием «Золото. Любовь. Революция», была обозначена сразу по-провинциальному саркастично. Революционные студент и курсистка, разрывающиеся от приличествующих возрасту позывов друг к другу и идеалами революции, устраивают суету с «архиважным» конвертом, прерываемую появлением жандармов. Зовут студента и курсистку, увы, Владимир и Надежда, причем актер, играющий Владимира, нарочито картавит и цепляет к определениям в своей речи карикатурное «архи-». Что сразу должно «как бы намекать» зрителю. Конверт, как выясняется уже под конец пьесы, содержал вексель швейцарского банка на полтонны золота, в силу стечения обстоятельств не дошедший до адресата - революционной партии и через сто лет. Отсюда оригинальное название пьесы «Золото партии», данное ей автором, известным писателем Юрием Поляковым.

Юрий Поляков имеет славу писателя злободневного. Наиболее громкий успех выпал на его долю в перестроечное время и был связан с выходом повести «Сто дней до приказа», ошарашившей добропорядочных советских обывателей открытием темы дедовщины в армии. На этот раз он посчитал злободневной тему революции и …

Сам Поляков говорит о своей пьесе так: «Меня давно занимала история семей, в которых поколения исповедуют совершенно разные жизненные принципы, политические взгляды, где идет развитие через отрицание. Хотелось написать пьесу, в которой глава клана — советский мастодонт, переживший войну, поднимавший экономику, а дети и внуки — совершенно другие».

Режиссер спектакля, пятикурсник ГИТИСА Кирилл Заборихин выразился гораздо пафоснее: «Тема правильного жизненного пути. Правильно ли мы живем?»

Чтобы получить ответ на этот вопрос, стоило сходить на спектакль.

Пересказывать содержание пьесы всегда малоинтересно. Потому ограничимся спойлером, опубликованным на сайте пензенского драмтеатра.

«Завязка происходит буквально за несколько дней до Октябрьской революции, а вот основные события разворачиваются прямо сейчас, в особняке разорившегося банкира Марлена Петровича Барабаша, которому пришлось забрать из престижного дома ветеранов своего престарелого отца Петра Лукича — в советские годы крупного партийного руководителя, возглавлявшего область, «равняющуюся трем Франциям». Банкира донимают обманутые вкладчики и бандиты, дети от разных его браков тоже хотят получить свою долю, четвертая жена и дочь от третьего брака готовятся стать матерями, а нанятая для отца молодая сиделка с ученой степенью кандидата наук, скромная красавица Оксана, сама того не желая, завладела сердцами чуть ли не всех окружающих мужчин. Но главный вопрос — где найти деньги, чтобы погасить долги? Спасти многочисленное семейство может только чудо».

Нормальный сюжет для современной комедии. Плюс неизбежные для этого жанра шутки «Революция без евреев – как тесто без дрожжей. Главное – не переборщить», «Господь не Кремль, в банковскую систему не вмешивается» и так далее, публикой встречаемые очень благосклонно.

Но не смехом единым положено брать публику комедии такого маститого автора как Поляков. И она берет… за живое исключительно злободневными нотками.

Обрадовало то, что один из главных героев - бывший крупный партийный функционер предстает не кровавым упырем и не идиотом, как это было общепринято в произведениях российского искусства последние 30 лет, а цельной личностью, выступающей антагонистом своему жулику-сыну. Заслуженный артист России Сергей Дрожжилов был загримирован (или это только показалось?) под автора пьесы, что наводило на мысль о том, что именно этот герой и олицетворяет «правильную жизнь», которая, увы, похерена, да и вообще подходит к концу - старику-то за девяносто. Как бы то ни было, именно на этого персонажа явно должны были быть направлены симпатии зала.

Тем паче, что ему были отданы самые смешные и ядовитые пассажи. Вот, например, разговор с майором ФСБ: «Вы видели этого человека? Предупреждаю - опасный экстремист! - Видел! - ? - В гробу я вашу власть видел. Советская власть ловила воров, хапуг, взяточников, а вы экстремистов тут развели!». И майор ФСБ, и сам «экстремист» (бойфренд беременной младшей внучки правильного деда) смешны и нелепы - один в своей крайне нелепой «революционности «мы левее коммунистов… программу обсуждаем… денег нет», другой - в своем стремлении ликвидировать эту страшную «угрозу». Но тут вспоминаешь идущее на наших глазах «дело пензенских анархистов» - и как-то становится не до смеха…

Злободневно должно быть изображение гастарбайтеров-украинцев.

Про постановку в целом сказать что-то сложно. Сиделка деда подвергается сексуальным преследованиям сына-банкира. Дед в пику сыну отписывает ей квартиру в центре Москвы. В конце она воссоединяется со своим мужем, с которым она рассталась из-за его пещерного национализма («Христос был укром»), каковой не мешает ему работать сантехником в Москве. Каковая коллизия заставила вспомнить популярную в пензенских маршрутках лет десять тому назад песню «Я знаю точно, что Господь меня поймет, и в этом городе меня прописка ждет». Очень трогательно.

Финал пьесы оптимистичен. Кроме сиделки все правильно и хорошо устраивается у беременной жены банкира, уходящей к настоящему отцу - шоферу вполне оптимистично у беременной внучки, обещающей ждать повязанного ФСБ бойфренда-экстремиста, который к тому же успешно сбегает. За этим делом и про вексель все забывают как-то. В общем, любитесь и размножайтесь! Что, наверное, правильно.

Автор пьесы говорил: «Меня как ни ставь, если слова слышно, то воздействие будет одно и то же, только степень его будет отличаться в зависимости от таланта актеров, режиссера. Но так, чтобы по одному и тому же произведению в одном театре — один спектакль, в другом — про другое, такого нет. Я думаю, это связано с тем, что я предлагаю жесткую конструкцию, из которой ничего не выбросишь, иначе она рассыплется». Что, наверное, тоже пошло на пользу спектаклю.

Можно считать, что очередная премьера в пензенском драмтеатре удалась.

Разве что вот две ложки дегтя.

Первая - объявлено было возрастное ограничение для зрителей «16+». Но во всем спектакле под это можно подтянуть разве что пару реплик персонажей: «Я поклоняюсь Яриле в виде двухметрового фаллоса» (внучка троллит старшего брата-священника) и известную народную мудрость «С.ать и родить - нельзя погодить». Нехорошо ожидания обманывать!

Вторая - перед началом спектакля было объявлено, что зрители после спектакля могут задать вопросы автору, Юрию Полякову. Некоторые запомнили это и остались ждать. Пока не дождались. Служители вежливо попросили их покинуть зал. Тоже как-то неловко вышло.

А так - поздравляем и ждем новых сценических свершений.

Автор: Максим Денисов

Подпишитесь на наш канал в Яндекс.Дзен